Искусство тюремного жанра

В следственном изоляторе №1, знаменитых «Крестах», прошел фестиваль шансона «Калина красная». К сожалению, самим заключенным не дали сыграть на гитаре – они просто послушали заезжих звёзд.

Основные темы звучавших на этом фестивале песен знакомы зрителям «Калины красной» не понаслышке: тоска по воле, любовь прекрасной надзирательницы, побег, прокурор на могиле сына-бандита. Артисты поют про жизнь зрителей, и это главное.

Прокуренный голос, игрушечный синтезатор, мерный электронный ритм – кто-то не выносит эту эстетику. И вообще многие заключенные, особенно те, кто сидит по экономическим статьям, предпочитают симфоническую музыку, а если и шансон, то в исполнении Шарля Азнавура.

Алексей Корнейчук, заключенный:

«Само понятие русского шансона вызывает у меня вопросы. Слово пришло к нам из Франции, означает любовные песни под гармошку. Из-за не вполне корректной интерпретации шансоном стали называть песни на блатную тематику».

Но тюремная жизнь настолько однообразна, что хоть какой-нибудь живой концерт – да что там концерт, просто новые лица – уже счастье. В России за решеткой сидит почти полтора миллиона человек – это официальная статистика. Каждый сотый житель страны. А значит шансон вечен.

Павел Ростов, автор-исполнитель:

«Давайте будем откровенны: покажите того, кто ни разу не преступал закон. Мы поем эти песни потому, что в России 60% прошли тюрьмы. Зоны и лагеря были и будут».

Концерт пришелся по душе. Одну песню даже встретили овациями: про то, как «вор один, по повадкам дворянин, со следачкой молодой с Крестов свалили». Впрочем, опытные заключенные усмехались: глупые фантазии – с Крестов не убежать. Три побега за 120 лет – неприступна крепость из красного кирпича.